Процессуальное правопреемство

• Главная
• Ваш Адвокат рекомендует
• Процессуальное правопреемство

16.09.200824571

ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВОПРЕЕМСТВО

А.И. ПРИХОДЬКО

Приходько А.И., кандидат юридических наук, магистр частного права, ведущий консультант Управления анализа и обобщения судебной практики Высшего Арбитражного Суда РФ.

В соответствии со ст. 48 АПК в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Судебный акт, которым произведена замена стороны ее правопреемником, может быть обжалован.
В п. 22 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» указано, что, во-первых, данное положение в силу ч. 1 ст. 188 АПК РФ не исключает возможности обжалования также и определения об отказе в замене стороны ее правопреемником, поскольку оно препятствует дальнейшему движению дела, и, во-вторых, что о времени и месте судебного заседания, в котором будет рассматриваться вопрос о правопреемстве, должны быть извещены лица, участвующие в деле, и лицо, в отношении которого ставится вопрос о признании его правопреемником лица, участвующего в деле.
Вопрос, на который ни в законе, ни в доктрине нет однозначного ответа: может ли лицо, полагающее себя правопреемником стороны, обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением, или оно может быть вовлечено в судебный процесс не иначе как по ходатайству лица, участвующего в деле, либо по инициативе самого арбитражного суда? При выводе о возможности лица, полагающего себя правопреемником стороны, самостоятельно обратиться в суд с заявлением о своем правопреемстве, возникает ряд вопросов: обязан ли суд рассмотреть такое заявление и вынести по нему судебный акт; каков объем процессуальных прав и обязанностей лица, обратившегося в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, при рассмотрении такого заявления; каков объем процессуальных прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, в связи с участием в судебном заседании этого лица; и наконец, может ли указанное лицо обжаловать судебный акт, вынесенный по результатам рассмотрения его заявления?
Как отмечается в литературе, «закон не указывает, кто именно вправе обратиться к суду с ходатайством о процессуальном правопреемстве. Как показывает судебная практика, заявителем может быть как сторона, выбывающая из процесса, так и лицо, желающее вступить в процесс в качестве правопреемника. Процессуальное правопреемство возникает на основе материально-правового правопреемства, в связи с чем правопреемник становится участником материально-правовых отношений, а правопредшественник соответственно выбывает из этих отношений. Следовательно, закономерным является обращение в суд правопреемника в материальном правоотношении для производства замены в арбитражном процессе».
Действительно, практика в основном исходит из того, что лицо, полагающее себя правопреемником стороны, вправе обратиться в суд с заявлением о правопреемстве.
Хотя имеются и некоторые исключения.
Так, в Постановлении ФАС Московского округа от 02.07.2003 N КГ-А40/4204-03 изложено следующее толкование рассматриваемой нормы: «…В соответствии с положениями ст. ст. 40, 44 АПК РФ лицами, участвующими в деле, являются стороны и третьи лица, которые обладают процессуальными правами и обязанностями, предусмотренными ст. 41 АПК РФ, в том числе указанным лицам предоставлено право обращаться в суд с различными ходатайствами и заявлениями, которые подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 159 АПК РФ.
ОАО „ЛЭД“, которое обратилось в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве, не является лицом, участвующим в деле, в связи с чем рассмотрение судом в обжалуемом определении заявления указанного лица о правопреемстве является нарушением требований, содержащихся в ст. ст. 40, 41, 44, 48, 159 АПК РФ».
Приведенная правовая позиция, как представляется, заслуживает внимания.
Действительно, рассмотрение заявления не участвующего в деле лица, подавшего заявление о своем вступлении в дело в качестве правопреемника, сопряжено с рядом довольно непростых процессуальных проблем.
Прежде всего это связано с представлением доказательств правопреемства, если вывод о правопреемстве неочевиден, в связи с чем наличие правопреемства требует доказывания. В подобном случае без представления доказательств правопреемства в спорном материальном правоотношении обращение в арбитражный суд лица, полагающего себя правопреемником стороны, с заявлением о ее замене, вообще лишено всякого смысла — суд не может осуществить замену стороны ее правопреемником, если не убежден в том, что правопреемство действительно имеет место. Однако вывод о возможности представления таких доказательств лицом, обратившимся в суд с заявлением о своем правопреемстве, не лежит на поверхности, напротив, по мнению автора, это невозможно.
В соответствии со ст. 66 АПК доказательства представляются лицами, участвующими в деле, или могут быть истребованы в установленных случаях арбитражным судом. Лицо, подавшее заявление о своем вступлении в дело в качестве правопреемника стороны, не является лицом, участвующим в деле, а согласно ч. 3 ст. 64 АПК использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, не допускается. Следовательно, принятие судом доказательств от не участвующего в деле лица — в данном случае от лица, заявляющего о своем правопреемстве,  — приводило бы к выводу о том, что они получены с нарушением федерального закона, т.е. ч. 1 ст. 66 Кодекса.
Далее, АПК предусматривает лишь три случая, когда судом первой инстанции принимаются и рассматриваются заявления от лиц, не участвующих в деле.
Это, во-первых, положения ч. ч. 1 и 3 ст. 50 АПК, предусматривающие возможность вступления в дело третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, во-вторых, положения ч. ч. 1 и 3 ст. 51 АПК, предусматривающие возможность вступления в дело третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, и в-третьих, положения ч. 5 ст. 52 АПК, предусматривающие право прокурора по делам, указанным в ч. 1 ст. 52 Кодекса, вступить в дело, рассматриваемое арбитражным судом, на любой стадии арбитражного процесса с процессуальными правами и обязанностями лица, участвующего в деле, в целях обеспечения законности.
Статья 48 АПК не содержит аналогичных положений, из которых можно было бы заключить, что лицо, полагающее себя правопреемником стороны, вправе вступать в дело по собственной инициативе, подавая соответствующие заявление. Тем более если сама сторона, о замене которой просит лицо, заявляющее о своем правопреемстве, соответствующее ходатайство не заявляет или возражает против своего устранения из процесса, полагая именно себя участником спорного материального правоотношения, а вовсе не лицо, заявляющее о своем правопреемстве.
Отсутствуют в Кодексе и положения, которые позволяли бы суду рассматривать заявления не участвующих в деле лиц и принимать по ним судебные акты, исключая указанные выше названные в законе случаи.
Далее, если допустить, что рассмотрение заявления лица о своем правопреемстве может или должно производиться с участием этого лица, то это приводило бы к ситуации, когда, с одной стороны, указанное лицо участвует в судебном заседании, в котором рассматривается его заявление, приводит свои доводы, дает объяснения, совершает некие иные действия, которые по своему характеру являются процессуальными, а с другой — его процессуальные права в связи таким участием никак не определены. Соответственно, никак не определены и процессуальные права, и обязанности лиц, участвующих в деле, в связи с участием в судебном заседании не участвующего в деле лица.
Действительно, закон наделяет лиц, участвующих в деле, правом знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле; возражать против ходатайств, доводов других лиц, участвующих в деле; знать о жалобах, поданных другими лицами, участвующими в деле.
В контексте положений ч. 1 ст. 41 АПК неясно, вправе ли участвующие в деле лица знакомиться с доказательствами, представляемыми лицом, не участвующим в деле, участвовать в их исследовании, задавать вопросы не участвующему в деле лицу, отвечать на его вопросы, заявлять ходатайства и делать заявления в связи с ходатайствами и заявлениями этого лица, давать объяснения арбитражному суду по поводу таких ходатайств и заявлений, приводить свои доводы по всем возникающим в связи с этим вопросам, знакомиться с ходатайствами, заявленными не участвующим в деле лицом, возражать против ходатайств и доводов этого лица.
По-видимому, суду было бы сложно разъяснить участвующим в деле лицам, если бы они попросили об этом суд, какими именно из указанных прав они пользуются и какими не пользуются в связи с участием в судебном заседании не участвующего в деле лица, представляющего суду свои доводы и доказательства, дающего объяснения, возражающего против доказательств, представляемых участвующим в деле лицом в опровержение доказательств правопреемства, представленных лицом, подавшим соответствующее заявление.
Нормы АПК не предусматривают возможности избирательного наделения судом лица только некоторыми из прав, из числа указанных в ст. 41 АПК, как не предусматривают и избирательного наделения лица только некоторыми из процессуальных обязанностей, которые несут лица, участвующие в деле. Иное оказывалось бы несовместимым с принципом правовой определенности, вытекающим из закрепленного в преамбуле Конвенции о защите прав человека и основных свобод принципа верховенства права, так как в таком случае при рассмотрении заявления лица о замене им стороны объем процессуальных прав и обязанностей этого лица, а также объем процессуальных прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, в связи с участием в судебном заседании не участвующего в деле лица мог бы произвольно определяться и изменяться судом по собственному усмотрению.
Лицо либо участвует в деле, пользуясь всеми процессуальными правами и неся все процессуальные обязанности, либо не участвует в нем, и тогда лицо не пользуется никакими правами и не несет никаких процессуальных обязанностей.
По-видимому, неслучайно в п. 22 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 99 указано только об извещении лица, в отношении которого ставится вопрос о признании его правопреемником лица, участвующего в деле, о времени и месте судебного заседания, в котором будет рассматриваться вопрос о правопреемстве, и не упоминается о том, что данное лицо до принятия судебного акта о замене этим лицом стороны вправе участвовать в судебном заседании, совершать какие-либо процессуальные действия, в том числе представлять какие-либо доказательства, в том числе и доказательства своего правопреемства. Следовательно, это лицо до вынесения судебного акта по вопросу о правопреемстве может только присутствовать в судебном заседании, если оно не является закрытым, а смысл извещения этого лица, как можно предположить, заключается лишь в том, чтобы, в случае если суд осуществит замену стороны ее правопреемником, непосредственно после этого правопреемник, заменивший сторону, мог принять участие в судебном заседании. То есть смысл извещения заключается в том, что суду не придется откладывать слушание дела после замены стороны ее правопреемником для извещения последнего, имея в виду, что в силу ч. 3 ст. 48 АПК для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до его вступления в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.
Иное толкование положений ст. 48 АПК, по мнению автора, приводило бы, во-первых, к отрицанию необходимости вынесения судебного акта о процессуальном правопреемстве и к отрицанию юридической значимости такого судебного акта, так как правопреемник в таком случае мог бы участвовать в судебном процессе и в отсутствие судебного акта, которым осуществлена замена стороны ее правопреемником; а во-вторых, приводило бы к участию в деле одновременно и стороны ее предположительного правопреемника, что, в свою очередь, противоречило бы положениям гл. 5 АПК, определяющей круг лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса и не предусматривающей участия в деле и в арбитражном процессе наряду со стороной также и лица, заявляющего о том, что оно является правопреемником стороны.
Далее, если предположить, что доказательства правопреемства могут предоставляться лицом, подавшим заявление о своем вступлении в дело в качестве правопреемника стороны, то резонно предположить, что такие доказательства, по-видимому, могут быть оспорены участвующими в деле лицами; в ином случае утрачивалась бы состязательность судебного процесса. В частности, доказательство может быть оспорено путем подачи заявления о фальсификации этого доказательства. Например, путем подачи заявления о фальсификации договора цессии, представленного лицом, заявившем о своем правопреемстве, в доказательство данного обстоятельства.
Однако, обратившись к ст. 161 АПК, несложно заметить, что на подобные случаи она явно не рассчитана.
В соответствии с ч. 1 ст. 161 АПК, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:
1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;
2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;
3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.
Из первого абзаца данной статьи ясно следует, что заявление о фальсификации доказательства может быть сделано лицом, участвующим в деле только в отношении доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле. Согласиться на исключение доказательства из числа доказательств по делу также может только лицо, его представившее, т.е. в контексте положений первого абзаца ч. 1 ст. 161 АПК только лицо, участвующее в деле, или его представитель. Только эти лица согласно п. 3 ч. 1 этой статьи в его системной связи с положениями первого абзаца ч. 1 ст. 161 АПК могут и возражать относительно его исключения из числа доказательств по делу.
Таким образом, принятие судом доказательств от лиц, не участвующих в деле, приводило бы к ситуации, когда:
— во-первых, суд оказывался бы лишенным возможности исключить указанное доказательство из числа доказательств по делу в случае поступления заявления о его фальсификации, так как это невозможно сделать без согласия участвующего в деле лица, представившего это доказательство, а лицо, обратившееся с заявлением о своем правопреемстве, таковым не является;
— во-вторых, суд оказывался бы лишенным возможности проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательства, поскольку для этого необходимо, чтобы участвующее в деле лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу, а такого лица также не обнаруживается;
— в-третьих, лица, участвующие в деле, лишались бы самого права на заявление о фальсификации доказательств, если они представлены не участвующим в деле лицом, что умаляло бы их право на справедливое судебное разбирательство, так как приводило бы к ситуации, когда суд оказывался бы вынужден выносить судебный акт на основании сфальсифицированных доказательств, и при этом суд не мог бы ни исключить указанное доказательство, ни проверить обоснованность заявления о его фальсификации.
Проблема имеет и иной аспект. Согласно ч. 1 ст. 303 УК фальсификация доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, или его представителем влечет установленную этой статьей ответственность.
Из диспозиции данной нормы следует, что субъектом данного преступления является только лицо, участвующее в деле, или его представитель.
Следовательно, лицо, обратившееся в суд с заявлением о вступлении в дело в качестве правопреемника стороны, до вынесения судебного акта, которым осуществлена замена стороны ее правопреемником, не несет никакой ответственности за фальсификацию представленных им доказательств своего правопреемства.
Не очень понятно и то, в чем в такой ситуации должно было бы заключаться разъяснение судом уголовно-правовых последствий заявления лицом, участвующим в деле, о фальсификации доказательства, представленного не участвующим в деле лицом.
Во-первых, в законе указано о заявлении о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, в данном же случае участвующее в деле лицо заявляет о фальсификации доказательства, представленного иным лицом, которое пока в деле не участвует.
Во-вторых, уголовно-правовым последствием заявления о фальсификации доказательства является возможность привлечения лица, делающего такое заявление, к ответственности за заведомо ложный донос о совершении преступления — в данном случае донос о преступлении, предусмотренном ст. 303 УК «Фальсификация доказательств». Однако, как отмечалось выше, не участвующее в деле лицо не является субъектом, которое может быть привлечено к такой ответственности за фальсификацию доказательств, а это, в свою очередь, исключает ответственность участвующего в деле лица, заявившего о фальсификации доказательства, представленного лицом, не участвующим в деле, за заведомо ложный донос о том, что преступлением не является.
То есть получается, что поскольку суд, с одной стороны, обязан разъяснить уголовно-правовые последствия подачи заявления о фальсификации доказательства, а, с другой стороны, таких последствий в рассматриваемой ситуации не обнаруживается, то суду пришлось бы разъяснять лицу, заявившему о фальсификации доказательства, представленного лицом, заявляющем о своем правопреемстве, что никаких уголовно-правовых последствий для него это повлечь не может, поскольку представление фальсифицированного доказательства не может повлечь уголовно-правовых последствий для лица, заявляющего о своем правопреемстве. Ситуация, заметим, достаточно абсурдная.
Далее, рассмотрение заявления не участвующего в деле лица, заявляющего о своем правопреемстве, предполагает, что по результатам его рассмотрения будет вынесено одно из двух определений — либо о его удовлетворении, либо об отказе в удовлетворении. Отказ в удовлетворении ходатайства означает, что суд не признал лицо, заявляющее о своем правопреемстве, правопреемником стороны в спорном или установленном судом материальном правоотношении, посчитав, что материально-правовые основания для правопреемства отсутствуют и, следовательно, что право, защиты которого требует сторона, не перешло к лицу, заявляющему о своем правопреемстве в материальном правоотношении. Таким образом, суд решал бы вопрос о материальном праве этого лица в том смысле, что оно не перешло к лицу, заявляющему о своем правопреемстве, в то время как оно к участию в деле не привлечено.
Последнее давало бы этому лицу право обжаловать судебный акт в соответствии с положениями ст. 42 АПК, так как решение вопроса о правах лица, не привлеченного к участию в деле, противоречило бы фундаментальным принципам правосудия. К числу которых относятся положения п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод о праве каждого в случае спора о его гражданских правах и обязанностях на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Последнее предполагает обладание лицом, вопрос о гражданском праве которого рассматривается судом, права на заявление отвода суду в установленных случаях (ч. 2 ст. 24 АПК); права знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии; представлять доказательства и знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле; участвовать в исследовании доказательств; задавать вопросы другим участникам арбитражного процесса, заявлять ходатайства, делать заявления, давать объяснения арбитражному суду, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам; знакомиться с ходатайствами, заявленными другими лицами, возражать против ходатайств, доводов других лиц, участвующих в деле; знать о жалобах, поданных другими лицами, участвующими в деле, знать о принятых по данному делу судебных актах и получать копии судебных актов, принимаемых в виде отдельного документа; обжаловать судебные акты; пользоваться иными процессуальными правами, предоставленными им настоящим Кодексом и другими федеральными законами (ч. 1 ст. 41 АПК).
Ни одним из этих прав лицо, утверждающее о своем правопреемстве, не обладает, не будучи привлеченным к участию в деле, а потому разрешение вопроса о том, перешло или не перешло к нему хотя бы с формальной точки зрения, в частности с точки зрения действительности и заключенности того же договора цессии (например), то право, на котором это лицо основывает свое требование, невозможно путем рассмотрения заявления этого лица о процессуальном правопреемстве. Как представляется, его материально-правовое требование, основанное на правопреемстве, самим этим лицом может быть заявлено только в самостоятельном порядке путем предъявления соответствующего иска.
Иное дело, если в осуществлении правопреемства отказано лицу, участвующему в деле. Отказ в удовлетворении ходатайства стороны о ее замене правопреемником, прав этого лица никак не нарушает, так как судебным актом с него ничего не взыскивалось и ему ничего не присуждается, а вынесение судебного акта по существу спора не лишает это лицо права на обращение в арбитражный суд с самостоятельным иском и не создает для него отрицательных преюдициальных последствий, так как оно в рассмотренном судом деле не участвовало.
Как не нарушает прав правопреемника и удовлетворение ходатайства лица, участвующего в деле, о замене стороны либо замена стороны судом по своей инициативе, поскольку в обоих случаях правопреемник встает на место стороны и, следовательно, с этого момента пользуется всеми процессуальными правами стороны и несет все процессуальные обязанности, а также и все риски совершения или несовершения замененной им стороной процессуальных действий.
Таким образом, также и в силу изложенного замена стороны правопреемником, как представляется, невозможна иначе как по ходатайству лица, участвующего в деле, либо по инициативе самого арбитражного суда, но никак не по заявлению лица, полагающего, что сторона должна быть устранена из процесса, а это лицо должно занять ее место.
Именно лица, участвующие в деле, вправе и обжаловать судебный акт об осуществлении процессуального правопреемства в соответствии с ч. 2 ст. 48 АПК и об отказе в осуществлении процессуального правопреемства. В том числе это может делать и правопреемник, если он полагает, что вовлечен в процесс безосновательно; но только после того, как он привлечен к участию в деле и, следовательно, стал стороной. Однако обжалование отказа стороне в ее ходатайстве об осуществлении процессуального правопреемства тем лицом, которое судом правопреемником не признано, по мнению автора, невозможно.
Следует отметить, что в упоминавшемся выше п. 22 информационного письма Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 99 указано, что о времени и месте судебного заседания, в котором будет рассматриваться вопрос о правопреемстве, должны быть извещены лица, участвующие в деле, и лицо, в отношении которого ставится вопрос о признании его правопреемником лица, участвующего в деле.
Как представляется, выражение «в отношении которого ставится вопрос» вполне определенно указывает на то, что само это лицо такой вопрос ставить, т.е. инициировать, не вправе. Это делается иными лицами, а именно самим судом или лицами, участвующими в деле, что полностью согласуется с вышеприведенными положениями Кодекса, так как лицо, заявляющее о своем правопреемстве, не является лицом, участвующим в деле, а право такого лица подавать заявления и ходатайства Кодексом не предусмотрено и из системного толкования его норм также не вытекает.
Иное толкование ст. 48 АПК приводило бы к ситуации, когда любой судебный процесс мог бы быть просто «заблокирован» потоком заявлений от не участвующих в деле лиц, каждое из которых заявляло бы о своем правопреемстве в отношении то одной, то другой стороны, представляя в подтверждение этого сфальсифицированные доказательства, например несколько договоров цессии о приобретении у истца одного и того же права, спор о котором рассматривается судом, не неся за это никакой ответственности и требуя при этом извещения себя надлежащим образом, а затем обжалуя отказ в правопреемстве или его осуществление.
А суд в такой ситуации вынужден был бы разрешать в не предусмотренной законом процедуре «спор» между не участвующими в деле лицами о том, кто же из них является «настоящим» правопреемником стороны и имеет ли место правопреемство вообще. Между тем дело все это время не могло бы сдвинуться с места.
Не участвующее в деле лицо не является субъектом процессуальных отношений, возникающих между судом и лицами, участвующими в деле, а потому лицо, полагающее себя правопреемником, никаких процессуальных действий совершать не может. Обеспечить его участие в деле, заявив соответствующее ходатайство и представив исчерпывающие доказательства, подтверждающие правопреемство, должна та сторона, которую заменяет ее правопреемник. Если этого не сделано, например, истцом, уступившим право, за защитой которого он обратился в суд, иному лицу, которое в деле не участвует, то цессионарий самостоятельно этого сделать уже не сможет.

С аналогичной тематикой и практикой нашего Центра по теме АРБИТРАЖНЫЕ СПОРЫ — вы можете ознакомиться ниже, перейдя по ссылке:

1. Эффективность судебного разбирательства в арбитражном суде
2. Компетенция арбитражных судов в отношении корпоративных споров
3. Субъекты права на обращение в арбитражный суд с заявлением о принятии обеспечительных мер
4. Арбитражные споры с участием иностранного элемента
5. Допустимость передачи конкретных споров на рассмотрение международного коммерческого арбитража

• В состав наследственного имущества входит доля ООО
• Наследование и участие в ООО
• Возмещение участнику ООО причиненных убытков
• Корпоративные споры в отношении несовершеннолетних